Константин Рогов 
Кое-что о романтике

Рогов Константин
Кое-что о романтике

Константин Рогов 
Кое-что о романтике 
I. 
Если вы когда-нибудь побываете в Анвасе и заглянете в таверну "Убойный молот", то она покажется вам самым шумным и отвратительным питейным заведением на всем белом свете. Это, разумеется, не так. Первое, что вам следует знать: звание самой отвратительной таверны в мире вот уже тридцать четыре года принадлежит заведению "Развращенный Пони". Второе: шум - это понятие относительное. И если бы вы спросили кого-нибудь из полуоглохших посетителей "Убойного молота" о шуме, то получили бы ответ состоящий из вопроса: "Шум? Какой шум?" 
Вот к примеру Стив шагает к столику веселящихся гномов... Он аккуратно огибает пьянствующих посетителей, перешагивает через недвижные тела и не обращает внимания на недвусмысленные предложения местных проституток. Он Стив, по прозвищу Проныра. Проныра Стив, короче. Один из самых преуспевающих в городе Анвасе журналистов. 
Приглядитесь к нему внимательнее. Он среднего роста, среднего телосложения, имеет незапоминующуюся внешность и невзрачные пшеничные усики над верхней губой. Одежда его в меру помята и замызгана, а ботинки заляпаны грязью. Совершенно ничем не интересная личность... 
- Эй! Привет! - крикнул Стив, стараясь перекричать галдящих завсегдатаев. 
- Проныра! Ублюдок хренов! - дружелюбно заорал в ответ синий гном Гронд. Давненько тебя здесь не видел! 
(Надо отметить, что Гронд не то чтобы орал в понимании синего гнома... Просто голоса у гномов такие, что от их рева с непривычки уши закладывает). 
- Шумновато здесь, правда? Мы можем поговорить наедине? - спросил Стив, оглядываясь на двух перепивших кислого молока брауни, которые схватились в рукопашную на столе. 
- Чего? 
- Мне нужно с тобой поговорить! - снова заорал Проныра. - О деле. 
- А! Это... Я сейчас не в форме. Подыщи кого-нибудь другого. 
- Гро, я в отчаяном положении. Брин утащил у меня из под носа сенсационный репортаж про Патрика и его осла, так что я влип в дерьмо по самые уши. Меня могут сместить с должности Главного Поставщика Новостей, а уж партнерства мне тогда не видать, как своих ушей. 
- Да... Ослы - те еще скотины, - охотно согласился Гронд, расслышавший только что у его приятеля какие-то неприятности с ослами, дерьмом и партнерством. 
- Мне нужен репортаж. Мне нужна знаменитость. Мне нужна сенсация. 
Синий гном почесал свою распрепанную бороду и сделал большой глоток из пивной кружки. 
- Я в отпуске до весны. 
- В самом деле? Что случилось? 
- Старею, Стив. Три с лишним сотни зим, две тысячи проломленных черепов, шестьсот пар протертых до дыр носков и море выпитого эля... Решил немного отдохнуть... Ты на-ка, хлебни. 
Проныра в отчаянии помотал головой. 
- Это мне не поможет. 
- Это ты сейчас так говоришь. А ты выпей - сразу полегчает, - уговаривал его Гронд. 
- Мне нужна знаменитость, - упрямо твердил Стив, оглядываясь по сторонам. - Нужен герой, спаситель принцесс там или победитель драконов... Что-нибудь в этом роде. 
- Герои ошиваются в "Развращенном Пони", - подсказал Гронд. - Это на Главной Улице, недалеко от Западных Ворот. 
- Там сейчас Брин, собирается брать репортаж у Мороника. 
- Тогда можешь попытаться взять интервью у кого-нибудь другого. В этом городе героев, как грязи... Не говоря уж о прочих интересных личностях. 
- Мне нужна интересная личность, - вцепился в рукав гнома Стив. - И в данный момент у меня под рукой только ты. 
- Тише, тише! - слегка занервничал Гронд, стараясь освободиться от цепкой хватки журналиста. - Тут ведь не только я ошиваюсь из знаменитостей. Возьми к примеру, интервью у Пипкина. 
- У Пипкина? Высокий такой, сутулый тип? 
- Точно. Он маг, сын Огниуса Длиннобородого и вообще важная персона. 
- Где ж его найдешь? 
- Да вон он - идет к туалету, - махнул рукой гном. В руке он держал пивную кружку, а в кружке было разбавленное пиво, которое тут же выплеснулось на красноносого карлика. 
- Ха, - только и сказал Гронд, когда карлик врезал ему тростью по плечу. Извините, - пробормотал Стив, поспешно пробираясь по направлению к туалету. За его спиной послышался треск ломающейся мебели. 
В это время сутулый тип, по имени Пипкин, который был не только известным магом, но и алкоголиком, старался попасть в туалет. И отнюдь не для того, чтобы попудрить нос или причесать грязные длинные волосы. 
- Пардон, - сказал Пипкин, отодвигая в сторону пьяного урода, который рухнул перед дверью туалета, прижимая к груди пустую бутылку. - Мне надо воспользоваться... 
Урод не обращал внимания. Он был слишком занят тем, что издавал жуткие звуки способные напугать стадо рыжих мамонтов на водопое. Пипкин подумал, что урод скорее всего не проснется до завтрашнего полудня, а может и вообще не проснется если какой-нибудь "доброжелатель" перережет ему глотку. Так сказать "из хулиганских побуждений". 
В туалете было шесть ватерклозетов, стульчаки которых были вытесаны из камня, а трубы и сливные бачки - сделаны из бронзы. Во всяком случае так показалось Пипкину. В тот момент его больше заботило то, как поскорее расшнуровать завязки на штанах, так что на изучение устройства ватерклозетов времени не хватало. 
Справившись с завязками, Пипкин пристроился около одного из унитазов, что-то мурлыча себе под нос. 
Пока он делает свое дело у нас есть время отметить, что Пипкин в стельку пьян и только многолетний опыт удерживает его от того чтобы не упасть на колени и проблеваться на заплеванный кафельный пол, как это делает вон та небритая светловолосая скотина двумя унитазами правее. 
Но вот небритая скотина проблевалась, встала на ноги и, бросив быстрый взгляд на запертую дверь, ребром ладони врезала Пипкину по шее... 
II. 
- Эй, полегче! 
Здоровенный мужик, выскочивший из сортира, отпихнул Стива плечом и легким галопом понесся к входной двери. 
Главный Поставщик Новостей заглянул в туалет, где маг корчился на полу в луже собственной блевотины. Стив оглянулся, но громилы уж и след простыл. 
- Сэр... Как вы, сэр? Не ушиблись? 
Довольно глупо спрашивать о самочувствии человека, которого только что избили и ограбили, но ничего более умного в голову Проныры не приходило. 
Пипкин глухо заворчал и открыл глаза. 
- Что сл'чилось? 
- Пологаю вас ударили и ограбили, - объяснил Стив. - Разумеется, такое у нас в Анвасе случается сплошь и рядом, но то что произошло с вами - случай из ряда вон выходящий, потому как столь важные особы крайне редко подвергаются разбойным нападениям. 
Маг медленно сморгнул. Смысл сказанного ускользнул от него куда-то в серый туман неопределенности, где в данный момент бродило его сознание. 
- Ты... кто? - Стив Вайзенберг, Главный Поставщик Новостей для "Ежедневного Агенства Сплетен", - с готовностью отрекомендовался Стив. 
- Прости, парень, но никогда не слышал о тебе в новостях, - сказал Пипкин, наморщив лоб. - Правда я знаю одного типа по фамилии Бумквист, он фермер. Случайно не твой родственник? 
- Даже не однофомилец. Так я могу взять у вас интервью по поводу случившегося? 
- Взять...? - маг наморщил лоб, пытаясь сосредоточится. - Боюсь у меня нет с собой мелочи. Вся наличность - фьють...уплыла... по темной реке из пива, эля и прочего... 
Пипкину поплохело и его снова вырвало. 
- Эй! Кто-нибудь! - в отчаянии заорал Стив. - Помогите! 
- Какого хера ты тут орешь? 
Неопрятный гном-хозяин, на носу которого красовалась самая большая бородавка из всех, что видел Стив за свою жизнь, был очень недоволен беспорядком. 
- Ежели этот говнюк так и собирается здесь блевать, то ему придется дополнительно заплатить за уборку помещения, - заявил гном. 
- Ежели ты, козел, не позовешь кого-нибудь на помощь, то у тебя будут большие неприятности, - в тон ему ответил Проныра. - Это "говнюк", член королевской семьи и сын самого волшебника Огниуса. 
- Что ж ты сразу то не сказал, е-мое! Да разве ж у нас в "Убойном молоте" не заботятся о наших клиентах? Завсегда заботятся! Вот только наблевал он... 
- Его ограбили! 
- Это случается. 
- Что сл'чилось? - вновь очнулся Пипкин. 
- Да у него мозготрясение не иначе, - констатировал хозяин. 
- Гронд! Гро-о-онд!!! 
Вошедший в сортир синий гном зажимал какой-то тряпкой нос, пытаясь остановить кровотечение. 
- Славно повеселились! - заорал он. - Ты видел как я сделал того желтого психа?! Хрясь! Бац! Я его башкой разломал всю стойку бара, а потом вышвырнул его на улицу через окно! 
- Моя стойка! Мое окно! - завизжал хозяин. 
- Похоже ты здесь тоже не скучал, - заметил Гронд, изучающе глядя на Пипкина. - Я не был уверен, конечно, что он даст тебе интервью... Но нельзя же так выходить из себя, Стив! Что ты с ним делал? Топил в толчке? 
Стив вздохнул. 
- Долго объяснять. Его надо оттащить к лекарю или еще куда. 
- Ты уверен, что хочешь с ним возиться? - с сомнением спросил Гронд. 
- К сожаленью придется. Мне нужен репортаж. 
III. 
Огниус Длиннобородый, волшебник Меловой Башни, один из величайших чародеев мира и (по чистой случайности) отец некоего мага по имени Пипкин, отставил в сторону волшебное зеркало и глубоко вздохнул. 
- Все как я и говорил, не правда ли, дражайший Огниус? - промурлыкал граф Лайзард Юговосточноушлый, кузен Пека Твердонаногахстоящего, правителя королевства Кренай. 
Огниус Длиннобородый задумчиво хрюкнул нечто утвердительное и принялся ожесточенно чесать подбородок. 
Длинная борода - это, конечно, хорошо. Это - дань традициям и, кроме того, она придает волшебнику внушительный вид. Но после нескольких столетий это надоедает. Хочется какого-то... разнообразия, что ли... Огнуис подумал о том, что будет если он сбреет бороду. Нет. Нельзя. Как представишь какой крик подымется в Палате Волшебников, так плохо становиться. "Да как это так?! Наше светило! Наш уважаемый и достойный коллега, великий волшебник, Действительный Член Волшебной Академии Разнообразных наук, лауреат всех существующих премий и вообще самый-самый... так вот ОН (надо же такому случиться! ) поддался грязным радикалистским тенденциям, погнался за сиюминутными веяниями моды и преступил традиции наших предков! А не стоит ли нам призадуматься, достоин ли такой человек председательствовать на заседаниях Палаты? А не будет ли разумнее назначить на его место, скажем уважаемого Зеддена Раллала? Заслуги Зеддена всем нам хорошо известны и вряд ли стоит напоминать всем присутствующим, что именно Зедден Раллал сформулировал когда-то Первое Правило Волшебника?..." Огниус вздохнул. Видно придется ему вечно ходить с этой проклятой бородой. 
- Как я понимаю, вас, уважаемый Огниус, должна весьма и весьма волновать судьба вашего сына. Вы ведь несомненно испытываете сильный гнев, вызванный необдуманными действиями лиц, которые самонадеянно взяли на себя смелость решать судьбу страны и стараются ввергнуть нас в пучину беспорядков, гражданского неповиновения и царство Хаоса? 
Волшебник нахмурился, грозно шевеля косматыми бровями, смахивающими на двух жирных гусениц. Он терпеть не мог манеру графа Лайзарда изъясняться пространными предположениями и риторическими (по большей части) вопросами. 
- Вина хочешь? - спросил Огниус. 
- Пологаю в погребах Меловой Башни храниться великолепная коллекция древних вин, не так ли? -улыбнулся граф Лайзард. - Интересно, сколько лет самым старым из них? 
Чародей полностью проигнорировал неуклюжую попытку графа Лайзарда выведать дату постройки Меловой Башни. Протянув руку он дернул за красный шелковый шнурок, висевший рядом с креслом. Тут же заиграла музыка и из скрытых гобеленами волшебных раковин заструилась прекрасная песнь хора морских русалок. О чем они пели, граф Лайзард не понял, но песнь была крайне эротична. 
- Да не то, вот же хрень, - пробормотал Огниус, снова дергая за шнурок. 
К неописуемому разочарованию графа Лайзарда музыка тут же прекратилась, а русалки умолкли. Тяжелые занавеси закрыли высокие окна, погрузив комнату во тьму, которую, впрочем тут же рассеяло фиолетовое свечение в полуметре от пола. Свечение быстро сформировалось в полупрозрачную фигуру мускулистого мужика в древних, пороржавевших от времени доспехах. Граф содрогнулся, заметив как из ноздри призрака выполз жирный светящийся червь. 
- Я, Великий герой прошлого Сигурд Могучая Рука, явился по твоему приказанию, о вызывающий, .. - уныло забубнил призрак. 
- Я тебя не вызывал! - рявкнул раздраженный чародей. - Это все технические наполадки. Надо подновить заклинания. 
- Ну так поднови, старый хрыч, - огрызнулся призрак. -Только я возлег на роскошное ложе с прекрасной валькирией Бригиттой, как... 
Огниус с силой дернул шнурок и призрак исчез. Занавеси поднялись. В комнату хлынул яркий свет. 
- Возможно, будет разунее поручить доставку освежающих напитков слугам? спросил Лайзард, слегка щурясь. 
- Возможно, - буркнул волшебник с неодобрением глядя на шнурок. - Хотя я не могу понять, что тут не законтачило... 
- Что-что "значило"? - переспросил граф. 
- Эй! Эй, кто-нибудь! - крикнул волшебник. 
В комнату вошел маленький синий гном. Он хромал, на руках у него было по девять пальцев, а ушей у него вообще не было. 
- Принеси-ка нам бутылочку доброго шэмрокского вина, - скомандовал Огниус. - Что-нибудь примерно тридцателетней выдержки. 
Гном отвесил неуверенный поклон и удалился. 
- Что это с ним? 
- Эксперементальная программа. Искусственное существо под названием "гомунуклус", - гордо сообщил чародей. - Конечно, я пока делаю лишь первые шаги в этом направлении, но согласитесь, успехи налицо. У бедняги Раллала пока что не вышло ничего кроме парочки бесформенных луж протоплазымы, которые только и умеют, что вонять да изредка булькают мотивы народных мелодии. 
- В самом деле? - вежливо изумился Граф Лайзард. 
Он разумеется, не понял ничего из того, что ему сказал Огниус, кроме того, что слово "гомунуклус" по звучанию напоминает слово "гомосексуалист". 
"Надо же, какой резвый старичок. Кто бы мог подумать что он ЭТИМ увлекается?" - подумал Лайзард. Некоторое время он обдумывал эту мысль, пока волшебник оживленно болтал о чем-то своем. 
- Да. Так вот бедняга Раллал стоит над этой своей лужей протоплазмы и бормочет свое дурацкое первое правило. А лужа возьмет да как пернет ему прямо в рожу! - громко расхохотался Огниус. 
- Ваш сын чуть не заплатил жизнью сегодня. И все это из-за глупых амбиций кучки жалких глупцов, - напомнил граф Лайзард. 
Огниус Длиннобородый посмотрел на него и усмехнулся. 
- Желаете моими руками расчистить дорогу к трону, граф? 
- Трон по праву занимает мой дорогой кузен, да правит он вечно, невозмутимо ответил Лайзард. - Я лишь пытаюсь предотвратить хаос. Вы ведь не станете отрицать, что это весьма похвальное намерение? 
- И убрать кое-кого из тех, кто вам, как кость в горле? 
- Пологаю и вам тоже, уважаемый Огниус. Они ведь сделали вашего сына своей игрушкой, не так ли? 
Огниус пожевал губами. 
- Мой сын - вполне самостоятельный молодой человек, - наконец сказал волшебник. - Признаюсь, он не оправдал моих ожиданий, и его успехи в учебе были не столь блестящи, как мне хотелось бы. На деловом поприще в качестве свободнопрактикующего мага ему тоже не удалось сделать карьеры. Я не вижу больше путей, идя которыми, я мог бы помочь ему. Пусть все будет, как будет. Или он добьется успеха, или... 
- Ваше вино милорды, - сказал гомунуклус. 
- Ваше здоровье, - сказал Огниус, осушая кубок. 
- Ваше, - кивнул Лайзард, следуя его примеру. 
- Что это за дерьмо?!! - вскричал волшебник несколько секунд спустя, швыряя кубком в дрожащего гомунуклуса. - Я просил шэмрокского виноградного вина, тридцатилетней выдержки! 
- Хмельная йодистая настойка с восточных водорослиевых плантаций подводного королевства, - прочел граф Лайзард этикетку на бутылке и матерно выругался. 
По части ругани многоопытный Огниус Длиннобородый дал ему сто очков вперед. 
IV. 
Воздух был чист и свеж. Таким чистым и свежим воздух бывает только в обществе, где не знают еще про заводы, фабрики и двигатели внутреннего сгорания. В Анвасе не знали ни того, ни другого, ни третьего, так что лишь неистребимый аромат конского навоза мог покоробить ваше обоняние. 
- Свежий воздух три раза в день, воздержаться от алкоголя, драк и травки, - бормотал Пипкин. - Ох... Ну, надо - значит надо. В конце-концов я надеюсь, что этот костоправ не совсем дурак. Хотя, скорее всего, дурак здесь - я сам. 
Маг совершал предписанную врачом утреннюю прогулку, чтобы избавится от последствий мозготрясения. По-правде говоря поначалу чувствовал Пипкин себя довольно паршиво, но свежий воздух на самом деле помог. 
Неторопливой походкой маг прошел по Главной Улице до Восточных ворот, где пара сонных стражников лузгала семечки и лениво обсуждала достоинства какой-то шлюхи с Бульвара Поэзии. Вежливо кивнув стражам порядка, которые не обратили на него никакого внимания, Пипкин повернул на север и вскоре добрался до городского парка. 
Стояла поздняя осень, и листва устилала парковые дорожки. Ранняя парочка целовалась на скамейке у молчащего фонтана. Пипкин направился по аллее на запад - к маленькому парковому кафе. 
Кафе называлось "Осенняя листва" и принадлежало старому-старому эльфу, который был стар уже в те времена, когда и бабуля Пипкина еще не родилась. 
Совершенно неожиданно Пипкину вспомнилось детство. Шумное веселье, проказы, сладкие "снежные шарики" и первые поцелуи у того самого фонтана на той самой скамейке. 
Странно, но когда он был ребенком, ему вовсе не казалось, что его детство было таким уж счастливым. Не так уж много было веселья и проказ, да и денег на "снежные шарики" вечно не хватало. Хотя с другой стороны просить подаяния ему тоже не приходилось. Наверное, правы те, кто говорит, что все плохое постепенно забывается и остается лишь хорошее. 
Немного поразмыслив, Пипкин решил, что это скорее всего - защитная реакция мозга, а нахлынувшая ностальгия - последствия мозготрясения. 
Маг представил, как он сейчас поднимется на небольшую деревянную платформу перед кафе и сядет за свой любимый столик, где он когда-то вырезал перочинным ножиком свое имя. 
Можно заказать сладкие "снежные шарики" и бутылочку... ах, черт, пить нельзя... ладно - тогда чашку кофе. "Я ведь всегда любил это место, - вдруг подумал Пипкин. - Странно, но почему я не был здесь столько лет?" 
Он подошел к платформе, поднялся по четырем скрипучим ступенькам и увидел, что за его любимым столиком уже кто-то сидит. Сердце на мгновенье замерло, а затем чуть не выскочило из груди. Ее светлые волосы были по-прежнему подстрижены чуть короче, чем того требовала мода, и уложены в таком прелестном беспорядке, что не оставалось никаких сомнений в том, что прическа - плод тяжких трудов мастера-паркмахера. Голубые глаза, казалось меняли свой цвет от небесно-голубого до темно-синего. Губы ее изогнулись в легкой, ничего не значащей улыбке - так вежливо улыбаются незнакомцу. Конечно, она не узнала его. 
- Вы разрешите?.. 
- Я хотела бы побыть одна. 
Пипкин кивнул, но тем не менее удобно устроился на плетеном стуле. 
Глаза женщины потемнели. 
- Я же сказала вам, что хотела бы побыть одна. 
- Вполне понятное желание, - кивнул Пипкин. - Столько лет прошло... 
- Что? 
Она была удивлена и по-прежнему не узнавала. 
- Пусть мелкий дождик моросит, .. - пропел маг и криво улыбнулся. 
- И осень на порог пришла... Пипкин! 
- Ты помнишь мои стихи, Мэгги? Я рад, хотя и удивлен. Когда-то они казались мне вполне нормальными, но вспоминая их теперь, я не могу не признать, что они были ужасны. 
Будь это третьесортным любовным романом она сказала бы что-нибудь вроде "Как я могла забыть их! " или "Они были со мной всегда! ", но эта книга описывает реально происходившие события, поэтому женщина, которую звали Мэг, просто сказала: 
- Помню. 
Старый Тинерлин подошел почти беззвучно. 
- Здравствуйте, сэр, - вежливо поздоровался Пипкин, вставая. 
- Добрый день, сэр. Рада видеть вас в добром здравии, - сказала Мэг. 
- Привет, Мэгги. Привет, Пип, - легко кивнул эльф, как будто и не было всех этих лет... 
- Вам, как обычно сладкие "снежные шарики"? 
- И чашку мятного чая. 
- А мне кофе, если можно - со сливками, сэр, - добавил маг. 
- Разумеется, - кивнул Тинерлин. 
- Знаешь, а он совсем не изменился, - сказала Мэг, когда хозяин кафе отошел. - Все такой же невысокий, седой и почти совсем без морщин. 
- Для эльфов время течет по другому. Они почти не меняются, в отличие от нас с тобой. 
- Да. Интересно, сколько же ему лет? Сколько всего он помнит... Помнишь он рассказывал нам всякие волшебные истории, когда мы были маленькими? Мы слушали затаив дыхание о жестоких драконах и прекрасных принцессах, о благородных рыцарях и властолюбивых королях, что были на земле в стародавние времена. Потом мы подросли решили, что все это сказки и только прятали усмешки, слушая его рассказы. Теперь я снова начинаю думать, что все это - чистая правда. 
Пипкин пожал плечами. 
- Думаю - правда. 
- Что-то не так? 
- То как ты это сказала, пожалуй, - медленно проговорил маг. - Такое странное ощущение, как будто я тебя совсем не знаю. И мне это не нравиться, если честно. 
Мэгги рассмеялась. 
- Глупенький! Конечно ты меня не знаешь. Я сильно изменилась за эти годы. 
- И чем же ты занималась? 
- Наша семья переехала в Шэмрок, как ты знаешь. Я росла, училась, поступила в Шэмрокский Университет и закончила его с отличием. Социология, прикладная психология и история... 
- Ты специализировалась сразу по трем дисциплинам? - изумился Пипкин. 
- Нет же. Это одна специализация. Знание истории позволяет мне уяснить глобальную картину происходящих изменений, знание социологии - найти точку приложения силы, а психология нужна для конкретного воздействия на того или иного человека. Это специальная университетская программа, для работников Высшего Посвящения. 
Маг задумался. 
- Что-то я не вполне представляю, как ты зарабатываешь себе на жизнь. 
- Преподаванием, разумеется. Я превращаю жизнерадостных розовощеких детишек в толстых и солидных членов общества. Деловая хватка, поверхностные знания в различных областях науки и культуры... 
- Ваши заказы. 
- Спасибо, сэр. 
Тинерлин улыбнулся и отошел обслужить молодую парочку. Пипкин узнал их это те, что целовались у фонтана. Лет четырнадцати-пятнадцати от силы. Впрочем, они уже не дети. 
- Возвращаясь к разговору, - сказал Пипкин, пробуя "снежные шарики". - Ты замужем? 
- Разумеется, - Мэгги снова улыбнулась. - И очень счастлива. Его зовут Натан. Он... хороший человек... и хороший муж. Есть двое детей - мальчик и девочка. А как ты? 
- Я... ну я... Несколько лет обучения магии. Отец учил меня в своей Меловой Башне, потом я учился в Университете при Палате Магов. Три года путешествий, аттестация... Посох мага. Магическая практика. 
- Путешествия. Как интересно! Много где побывал? 
- Да уж. 
- И благородных рыцарей видел? 
- Ну их-то везде навалом. 
- И прекрасных принцесс? - лукаво улыбнулась Мэгги. 
- Я, знаешь ли, даже в родстве с одной из них. 
- А кровожадных драконов? 
- Самое вкусное приберегла напоследок? - засмеялся Пипкин. - Видел как-то одного - издали и недолго. Еле жив остался. 
- Мы чуть не забыли про алчных и властолюбивых королей... 
- Да дерьма везде хватает. Хотя лично я близко знаком с такими не был. 
Мэгги задумчиво сминала ложечкой "снежные шарики". 
- Ты женат? 
Пипкину стало не по себе. 
- Хммм... Нет. 
- Почему же? 
"И что ей сказать? Так и не женился, потому что никак не мог забыть свою первую девушку, которая уехала в другой город, даже не найдя времени, чтобы попрощаться и объяснить?"- подумал Пипкин. 
- Да как-то... не сложилось. 
- Вот как? 
Брови Мэгги изогнулись, то ли насмешливо, то ли удивленно. Пипкин вздохнул. 
- Н-да... Так вот. Ты что-то не ешь... 
- Я уже вышла из того возраста, когда могла на спор съесть десять порций этого лакомства и попросить добавки, - засмеялась Мэгги. - Да и прохладно сегодня. 
- Тогда может, еще горячего чаю? 
- Да. 
- Тинерлин! Сэр! - позвал маг. 
Мэгги легко улыбалась, глядя на Пипкина своими небесно-голубыми глазами. "Не небо, вовсе нет. Лед. Холодная голубизна чистого льда. Как поэтично... И страшновато. Во что же она превратилась?"- подумал Пипкин и поежился от внезапно нахлынувшего холода.. 
V. 
Ступеньки страшно скрипели. Проныра пару раз споткнулся и наступил во что-то вязкое и скользкое. Резкая характерная вонь подсказала ему во что именно. 
- Дерьмо, - прошипел Стив, не имея ввиду впрочем само дерьмо, а скорее выражая свое душевное состояние. 
В подъезде было темно и поднимаясь на третий этаж Стив чувствовал себя препогано. И почему знаменитый маг живет в таком месте? 
Добравшись до двери, ведущей на чердак Стив тщательно вытер ботинок о край ступеньки, пригладил волосы и постучал. Ни звука. Стив постучал еще раз, затем пнул дверь ногой и грязно выругался. Вот уж не везет, так не везет! И куда только этот алкаш-чудодей запропостился? Ах да! Коротышка-доктор, брауни с волосатыми ушами, прописал ему "прогулки по утрам". Но именно по этой причине Стив и выждал до полудня, прежде чем нанести визит. А, ладно. Можно подождать и на улице. 
Стив спустился вниз, вышел из подъезда и закурил. Ему нравились эти маленькие курительные палочки, хотя они так и не вошли в моду. Намного удобнее, чем громоздкие курительные трубки, которые надо долго раскуривать, а потом еще и следить за тем, чтобы она не погасла. 
Некая молодая леди, выйдя из подъезда, посмотрела на него с неодобрением. 
- Добрый день, леди, - поклонился Стив. Не удостоив его ответом, девушка зашагала по своим делам. Славная кобылка, хотя и строптивая. Проныре захотелось крикнуть ей вслед что-нибудь эдакое, но он сдержался. 
Где же этот хренов маг? 
VI. 
Хренов маг, возвращаясь домой, задумался и неожиданно для себя обнаружил, что оказался не где-нибудь, а возле непрезентабельного заведения общепита под названием "Королевские объедки". Несмотря на выпитый кофе и съеденые "снежные шарики" живот мага настойчиво урчал, а поэтому Пипкин решил зайти и перекусить основательно. 
Он зашел в зал, уселся за свободный столик и с принялся с интересом изучать меню. Поскольку прочитать что-либо на заляпанном соусом листе коричневой бумаги не представлялось возможным ввиду того, что кто-то совсем недавно использовал его в качестве салфетки, Пипкин просто извлек из кармана перочинный нож и занес его над столом. 
В прочих заведениях подобного рода этот прием действовал безотказно, но здесь этот номер не прошел - Пипкин с удивлением обнаружил, что вся поверхность стола вдоль и поперек изрезана и исцарапана различного рода надписями. 
Здесь было и распространенное во всем мире "М+Г=Л" и вовсе не такая уж тривиальная рецензия: "Жратва - дермо. Хозяин - казел. Пива - моча. 23 сентябрйа 415 год. Луки", а также множество надписей содержащих непристойности и даже парочка похабных рисунков. 
С интересом изучив рисунки Пипкин решил, что хозяин по всей видимости и в самом деле - козел, раз ему наплевать на то, что на его столе уродливый волосатый тролль трахает королеву извращенным способом. "Если этот рисунок увидит какой-нибудь турист из Западных Королевств - то козел распрощается с головой," - решил маг и, встав, стал решительно проталкиваться к стойке бара. 
- Эй! Эй, ты козел! - заорал Пипкин, колотя кулаком по стойке. Очевидно, это был единственный способ привлечь внимание хозяина, который не обращая внимания на мага трепался с каким-то мерзким кривоногим типчиком в черезмерно мохнатой шапке. 
- Че? 
"Королевские объедки" вряд ли могли гордиться своим хозяином, поскольку краснорожий тип с выпученными водянистыми глазами ничего кроме отвращения не вызывал. 
- Пива и какой-нибудь жратвы, - рявкнул Пипкин. - И побыстрее! 
- Есть вчерашняя жареная картошка, - сообщил хозяин, тыкая пальцем куда-то за спину. 
Маг с подозрением поглядел на грязный тазик, треть которого заполненяла серая и неаппетитная масса. 
- Тогда просто пива. 
Кружка, наполненная желтоватой жидкостью хлопнулась на мокрую стойку. 
Пипкин кинул на стойку монетку с таким расчетом, чтобы она упала на пол, но козел с водянистыми глазами ловко поймал ее и гадко ухмыльнулся. 
Маг отошел от стойки и обнаружив, что его столик уже занят, подсел к разномастной компании. Трое людей, четверо гномов, брауни, парочка карликов, наемница-фейри и юный подхолмник слушали бухтение старого гнома-микроцефала. 
- Это была эпоха Великой Гномской Империи! - дребежжащим голосом бормотал старик. - Эпоха когда Елгригк Многощит и Жринг-гром Крепкая Нога повергли в прах злого тирануса Турга Пустопорожнего, который правил всеми Восточными Землями держа племена земные в страхе и карая их за малейшие провинности огнем и мечом, а также смертоносной магией. Вошли сильномогучие воины-гномы Елгригк и Жринг-гром в Черный Замок и вызвали коварного Турга Злокозенного на смертный бой, на честную схватку до кровавого исхода, как то было в обычае благородных гномов всех времен. 
Микроцефал замолк, переводя дух, и отхлебнул темного эля, собираясь с силами. Получивший классическое образование Пипкин заинтересовался этой историей и тоже отхлебнул пива ожидая, когда старик продолжит рассказ. Нашего мага уже давно интересовал вопрос о том, как сильно изменяются со временем классические представления о тех или иных исторических событиях и с какими вариациями они доходят до простого люда. Пипкин даже собирался написать докторскую диссертацию о том, насколько знаменитые герои при описании своих подвигов склонны приукрашивать события, но к сожалению Ученый Совет Великих Магов решил удостоить Пипкина докторского звания еще до написания сей работы, дабы не вносить смятения в неокрепшие умы молодых студентов-историков и не ставить под сомнение величие некоторых героических личностей прошлого. 
- Вздрогнул в великом страхе Тург Пустопорожний, ибо могучи были Елгкригк и Жринг-гром. Встретил он великих героев в обеденном зале своего Черного Замка, где громоздились кучи трупов и кости пожранных Тургом несчастных жертв. Сияли клинки гномов, как молнии и молоты их громыхали, подобно громам небесным и пал Тург Пустопорожний сраженный доблестными мужами прямо в черное сердце... 
- Что сразу обеими? - не удержался Пипкин. 
- Что? - удивился микроцефал. 
- Тург. Вы сказали, что герои сразили его прямо в черное сердце. Они сделали это одновременно или по очереди? Если второе, то кто был первым, а кто - вторым и почему очки засчитали обоим? 
- Э-э-э... Тург Пустопорожний был коварным злодеем. У него было сразу два сердца. Одно из них - запасное, на всякий случай. Кто-то из героев сразил первое, кто-то - второе, так и вышло, что они сразили Турга вместе, - немного подумав, объяснил старый маразматик. 
- Ах вот как оно было, - с иронией протянул Пипкин. 
- Несомненно, - с твердостью в голосе подтвердил гном. - И надо заметить, молодой человек, что с вашей стороны - величайшая дерзость, перебивать меня в середине рассказа. 
- А я-то пологал, что это уже конец. Злодей повержен, герои покрыли себя неувядаемой славой и наверняка получили в награду кучу сокровищ и по прекрасной принцессе впридачу. 
- Да. Победив тирана Елгкригк Многощит и Жринг-гром Крепкая Нога женились на дочерях Турга Пустопорожнего и стали править всеми землями от океана до океана. Их правление продолжалось тысячу и один год до того момента, когда герои, решив, что время их подошло к концу, передали управление своим детям и отплыли на Белом Корабле за океан в чудную страну Тир Тарнгири, где их ждал долгожданный отдых и вечная радость. 
- Ну это вряд ли, - пробормотал маг. 
- Вам не кажется, что постоянно вмешиваться в рассказ с вашей стороны просто не вежливо? - возмутилась миловидная эльва. 
- Готов вмешаться с вашей стороны, - усмехнулся Пипкин. - Если вы позволите, конечно. В любом случае, эта история неверна сразу по нескольким пунктам. 
- Да кто ты такой, чтобы хаять великих гномских королей?! - прохрипел возмущенный микроцефал, потрясая кулаками. 
Молодые гномы негромко зароптали. Один из людей слегка заикаясь, намекнул на то, что Пипкину лучше бы заткнуться. 
Маг не слушал. Его обуяло страстное желание сделать наконец, что-нибудь полезное в своей жизни. Например, объяснить этим невежественным людям кое-что про прошлое гномских племен. 
- Начнем с того, что события о которых вы нам только что поведали, сэр, имели место происходить немногим более восьми столетий назад. Именно тогда гномы Елгкриг и Жринг явились к Черному Замку и вызвали на смертный бой Турга Пустопорожнего. Сам вызов на поединок действительно имел место быть, но хроники ваши умалчивают о том факте, что уже тогда Елгкриг и Жринг были законченными наркоманами и скорее всего действовали находясь в состоянии наркотического опьянения... 
- Мерзавец! - завопил кто-то. Эльва запустила в мага кружкой, но тот ловко увернулся и отбежав в сторону, запрыгнул на стойку бара, продолжая кричать. 
-... Тург Пустопорожний к тому времени никак не мог принять вызов, потому как только что скончался от переедания и прочих излишеств. Елгкригк и Жринг взяли в жены его дочерей после того, как совершили над ними насилие. Их империя простиралась от Железных гор до Закатного Озера, а вовсе не от океана до океана, и продержалась на плаву всего пятнадцать лет, втечение которых повсеместно процветало насилие, пьянство и наркомания. Елгкригк и Жринг ушли из Черного Замка после того, как страна окончательно пришла в упадок. И весьма сомнительно, что они отправились по морю в страну Тир Тарнгири, хотя бы потому, что это - привилегия эльфов, а гномы обычно отправляются в подземное царство богов - Сид! 
- П-п-пора прикончить эт-того м-м-м..., - возбужденно размахивая кулаками завопил один из людей. 
- ... Мерзавца! Убить хулителя! - завопил какой-то гном. 
Светловолосый человик вспрыгнул на стойку бара рядом с Пипкиным и попытался достать его ножом. Гномы расчехлили боевые топоры. Старик-микроцефал на удивление резво уковылял на улицу. Маг выкрикнул заклинание и в нападавших полетели бутылки. Хозяин закричал. 
Уклоняясь от летящих в него предметов Пипкин попытался оценить ситуацию. По всему выходило, что он - в меньшинстве. 
Вторая же кружка, пущенная меткой эльвой, угодила Пипкину в лицо. 
VII. 
Лежать было неудобно. Что-то твердое впивалось в затылок, а ногам было холодно. Пипкин повернулся на бок, поджал ноги и попытался нова заснуть. Тщетно. 
Маг нехотя открыл глаза и тут же закрыл их, решив, что ему просто противопоказано каждый день просыпаться в такой скотской обстановке. Впрочем, он все равно был слишком ленив, чтобы менять обстановку у себя в комнате - так что толку жаловаться? 
Пипкин заерзал и шерстяное одеяло сползло на пол. Все тело болело, и спать дальше сил совершенно не было. Маг снова открыл глаза. Мир был расплывчатым и весьма странным на ощупь. По комнате носились какие-то черные пятна и мелькали тени. 
Похмелье... О, боже, как же Пипкин его ненавидел! Голова гудела, подташнивало и хотелось умереть. Тут Пипкин решил, что еще больше, чем похмелье он ненавидит себя самого - это какой же вконец опустившейся скотиной надо быть, чтобы каждый день упиваться до бесчувствия. "Больше - ни капли", решил маг, зная впрочем, что вряд ли сдержит это обещание, подобных коему он надавал себе за свою жизнь бесчисленное множество. 
Пипкин со стоном поднялся и некоторое время неподвижно сидел на кровати, ожидая пока мир перестанет вращаться. Потом он поднялся, нетвердым шагом добрел до холодильного сундука и выудил оттуда банку с солеными огурцами, банку с квашеной капустой и большую морковку. Он хотел достать еще что-нибудь, но больше ничего не было. "Надо бы купить продуктов", - подумал Пипкин, плюхнулся на диван и принялся жевать огурец. Затем глотнул рассольчику. Магу полегчало, но не то чтобы слишком. Мысли о самоубийстве отошли на второй план. Жалко, что огурец был только один. Пипкин взялся за капусту. Вкусно. Хлебнул еще рассольчику и закусил морковкой - фу, какая гадость! Ну и ладно... 
Оценив свое состояние он решил, что пытаться использовать противопохмельное заклинание не стоит. Все равно с похмелья оно еще никогда и ни у кого не получилось. Мысли разбрелись в стороны, потом сбились в кучку, потом снова разбрелись. 
"Рассвет, - подумал Пипкин, глядя в окно. - Вернее уже утро - ближе часам к девяти, а то и к десяти. Возмем среднее арифметическое и подумаем теперь что я делал вчера?" 
Вопрос был таким интересным, что маг задумался над ним надолго, но вразумительного ответа отыскать не мог. Тогда он решил рассуждать логически. Итак, он - пил. Это очевидно. Очевидно, пил он не с утра, а под вечер... Ну, в крайнем случае - с середины дня. Что же он делал утром? А что он вообще должен был делать утром? Вот черт! Пипкин вдруг вспомнил волосатого маленького доктора-брауни который сидел вот на том самом табурете и говорил что-то про мозготрясение, щадящий режим и нес всякий медицинский вздор по поводу воздержания от алкоголя. "Надрался-таки. Алкаш, хренов, " - возмутился своим поведением Пипкин. Все правильно, нарушение медицинских предписаний ни к чему хорошему не ведет. Тут тебе будут и черные пятна и мелькающие тени и жуткие головные боли... Что же он еще делал вчера? Смутно припоминался нудящий старый хрыч из гномской породы, какие-то люди и еще гномы и разъяренная эльва. 
В дверь постучали. В дверь стучали уже долго и стучали настойчиво. Пипкин осознал это одновременно с тем фактом, что держит в руках свой ритуальный нож. "И что меня так напугало?" - спросил он у самого себя. 
- Кто там? 
- Джейн. 
- А-а-а... Входи Дженни, там не заперто, - сказал Пипкин, расслабляясь. 
Джейн - соседская девчушка лет одиннадцати, принесла Пипкину горячие сосиски в тесте и сладкий пирог с черникой. 
- Привет. Вот сосиськи. И еще пирог. 
- Спасибо, Джейн. Ты меня спасаешь от голодной смерти, - признался Пипкин, жуя сосиску. - Уммм... Как всегда - очень вкусно. Ты давно вернулась? 
- Вчера поздно вечером. Мама сразу уложила меня спать, так что я не смогла зайти... 
- И хорошо. Ты знаешь, что по вечерам я... хмм... не в форме. Как твоя бабушка? 
- Ей стало намного лучше. Доктор сказал, что это никакая не болезнь, поэтому позвали заклинателя, и он нашел призрака-вампира, который отнимал у бабушки жизнь. Потом заклинатель этого вампира изгнал, так что кончилось все хорошо. 
- Призраки-вампиры - паршивая штука, - согласился маг, стряхивая на пол крошки и принимаясь за пирог. - Пирога хочешь? 
- Нет, я уже позавтракала. А ты когда-нибудь видел призраков? 
- Ну, я же маг. Мне положено не только видеть призраков, но и общаться с ними время от времени. 
- Мне было очень страшно. 
- Призраки-вампиры - одни из самых страшных. Хуже могут быть только специальные пугающие призраки, сила которых как раз в том, что они людей пугают до смерти. И еще хуже - призраки всяких древних колдунов и чародеев. 
- Бррр... Не хочу о них говорить, - поежилась Джейн. - А как у тебя дела? Я слышала на тебя вчера напали? 
Пипкин весело кивнул и проглотил кусок пирога. 
- Угу. Только это было позавчера. Мне устроили небольшое мозготрясение и едва не ограбили... 
- Нет, вчера, - возразила девочка. - Мама сказала, что видела, как тебя привезли всего в крови и какой-то худой дядька рассказывал про то, что на тебя вроде как напали в кафе. 
- Какой худой дядька? 
- Я не знаю. Я же не видела. 
Пипкин шмыгнул носом и медленно дожевал пирог. 
- Верно. На меня вчера напали, - наконец сказал он. - Но дело в том, что и позавчера тоже. 
- Ого! Вот это да! - восхитилась Дженни. - Кому же ты наступил на любимую мозоль? 
- Я бы и сам хотел это знать. 
Пипкин нахмурился. Два нападения - одно за другим... Маг был слишком умен, чтобы считать это простым совпадением. Правда, на первый взгляд нападения никак не связаны между собой, да и сам он не пострадал, но все же... 
Подойдя к умывальнику он ополоснул руки и лицо, пригладил волосы... Одежда, разумеется, измята, но так всегда бывает, когда засыпаешь, даже не сняв брюки... 
- А у меня прыщик вскочил, - грустным голосом сказала Джейн. 
- А-а-а..., - рассеяно протянул Пипкин, ища расческу. 
- Можешь его убрать? 
- Кого? 
- Прыщик. 
- Какой прыщик? 
- Вот тут на лбу, - показала Джейн. 
- Где? 
- Да вот тут. 
- Не вижу никакого прыщика, - решительно заявил Пипкин, натягивая сапоги. 
Джейн посмотрела в зеркало и хихикнула. 
- Спасибо! 
- Не за что, - пожал плечами маг и, порывшись в карманах, протянул девочке пару серебрянных монет. - Пирог был очень вкусный. В следующий раз купи парочку, а? 
- Да ты настоящий сладкоежка! 
- Точно, - подтвердил Пипкин. - Только не говори никому, ладно? А то как-то неудобно получается - такой известный маг и вдруг - сладкоежка. 
- Даже у великих людей есть свои недостатки, - с серьезным видом сказала Джейн. 
- Так я стал великим человеком? 
- А я что сказала, что любовь к пирогам с черникой - недостаток? 
Пипкин расхохотался. 
VIII. 
На улице было морозно. 
С серых небес нехотя сыпались белые пушинки первого снега. Пипкин передернул плечами и поплотнее захлопнул свой черный плащ и огляделся. Прохожих не было, - только темный силуэт кареты мелькнул на восточном конце улицы. 
Пипкин зашагал к таверне "Развращенный Пони" то и дело подскальзываясь и поднимая своими башмаками маленькие снежные буранчики. Тощий подхолмник, встретившийся магу на пути, волок по тротуар подозритеьный сверток из которого капало что-то темное. Пипкин даже не замедлил шаг. 
Вот за поворотом показалось хорошо знакомое здание таверны с огромным, нарисованным на фасаде пони, который стоял в почти человечьей непристойной позе. Огромное "достоинство" развращенной лошадки было замазано белой краской по требованию какого-то комитета по защите нравственности. 
Маг толкнул дверь и вошел. Как обычно, по утрам, мистер Большая Неприятность - громадный мясистый тролль и, по-совместительству, владелец данного питейного заведения, проводил санитарную уборку. 
Не то чтобы, мистер Большая Неприятность был знаком со смыслом таких слов как "чистота" и "санитария", а уж слова "дезинфекция" он и выговорить-то никогда в жизни не смог бы, но мистер Большая Неприятность хорошо знал что означает слово "порядок". Это слово было синонимом слов "посетители" и "доход". 
Поэтому мистер Большая Неприятность занимался наведением порядка, поднимая с пола и вышвыривая из зала на улицу заснувших алкоголиков, неудачивых искателей приключений, разорившихся сводников, старых геев-проституток, убийц, потерявших квалификацию и впавших в маразм от старости экс-героев, короче говоря всех, кто уже не в состоянии был платить за выпивку, занимал место и отравлял воздух неприятными запахами. Трупы мистер Большая Неприятность отправлял прямиком в большущую мусорную корзину. 
Вконец опустившиеся карлики, нанятые за пару монет, мыли полы, скребли столы и стулья, счищали со стойки бара засохшую блевотину и освобождали от лишнего груза карманы клиентов попавших в мусорную корзину. 
- Привет, - сказал Пипкин, проходя к стойке и садясь на недавно вымытый стул. 
- Рановато ты. У нас еще закрыто, ты, понял, да? Вишь, уборка, мать твою, понял? 
- Ничего, я подожду. 
- У меня тут не зал ожидания, мать твою, - разозлился тролль. - Хочешь сидеть - заказывай, нет - отваливай. 
Пипкин подумал и решил, что те, кто начинают пить с утра - обычно плохо кончают. Например, вот так как тот синий бедняга, который только что полетел в мусорную корзину. 
- Я пожалуй лучше подожду на улице. 
Маг вышел наружу и прислонился к стене. Снег шел еще сильнее. В висках стучало. Громкая песня, которую затянули карлики, болью отдавалась в голове. Пипкин даже пожалел, что не стал похмеляться. Но, сегодня ему нужна способность хорошо соображать и быстро реагировать. Гм... В таком случае почему бы ему не бросить пить на пару недель и не дождаться пока все последствия алкогольной интоксикации выветрятся без следа? Пипкин поморщился. Двух недель у него не было. Он не знал было ли у него вообще время. 
Но вот из пелены кружащихся снежинок появилась низенькая фигура, смешно косолапящего человечика. 
Карлик по прозвищу Моро, настоящее имя которого было Гел Бейрин семенил по направлению к "Развращенному Пони", часто оступаясь и раскидывая коротенькие ручонки в стороны в попытках удереражть равновесие. 
Сам Пипкин не имел чести быть представленным главному редактору и фактическому владельцу конторы "Ежедневное Агентство Сплетен", но хорошо знал его в лицо, как завсегдая таверны "Развращенный Пони". Еще Пипкин знал, что Моро весьма успешно сочетал деятельность сплетенного магната с работой эксклюзивного агента и поверенного лица Гильдии Наемных Убийц. (Всем на свете известно, что если у наемного убийцы нет своего агента обеспечивающего получение контрактов, то такой убийца либо просто никому не известный молокосос, либо профессионал высшего класса, которому и агент-то ни к чему). 
Пипкин подождал пока карлик подойдет к самой двери таверны и начнет, ругаясь стряхивать снег с лысой макушки. 
- Мистер Бейрин..., - Пипкин сделал длинный шаг вперед и вдруг оказался перед носом у вздрогнувшего от неожиданности карлика, который до этого даже не замечал неподвижно стоящего в тени мага. 
- Мне надо с вами поговорить. 
Мистер Гел Бейрин высокомерно вздернул вверх подбородок и, изучив Пипкина с головы до пят, заявил: - К сожаленью, об этом не может быть и речи. Я взял за правило не заниматься делами в свободное время. Обратитесь к моей секретарше, молодой человек и, уверен, она сможет назначить вам встречу со мной на следующей неделе. 
- Я хотел бы заключить контракт, - спокойно сказал Пипкин, полностью игнорируя болтовню собеседника. 
- Возможно, мы могли бы подыскать вам временную работу... скажем в качестве курьера, - продолжал осторожничать Гел Бейрин. - А при надлежащей подготовке с вашим голосом и ростом вы могли бы со временем получить у нас пост Кричальщика Новостей, может быть даже Главного Кричальщика... 
- Ваше предложение очень лестно. Я непременно подумаю над ним, если потеряю свою нынешнюю работу. 
- А кем вы работаете? - живо перебил Бейрин. 
- Свободнопрактикующий маг. Мое имя Пипкин. Должно быть вы слышали обо мне. 
Пипкин подумал, что ему, возможно, стоило отвесить церемоннный поклон для пущего впечатления, но потом решил, что не стоит. Голова вновь разболелась и маг не был уверен, что, не хлопнется в обморок если попытается наклониться хотя бы градусов на пятнадцать. 
Глаза Гела Бейрина слегка выпучились, но он тут же овладел собой. 
- Разумеется, мистер, Пипкин, мне довелось много слышать о вас... Сын Огниуса Длиннобородого и троюродной кузины нашего уважаемого графа Пека... Большая честь для меня. 
- Ага. Разумеется. А теперь пройдемте-ка внутрь, - слегка подтолкнул карлика Пипкин. - Мне жутко осточертело торчать тут у всех на виду, особенно сейчас... Думаю, вы понимаете, что я имею в виду. 
Карлик послушно зашел в таверну, проследовал за свой любимый столик и развалился на своем любимом стуле. Пипкин уселся напротив. Оба заказали по большой кружке светлого и очень кислого яблочного вина. Оно не почти не пьянило, но хорошо прочищало мозги. Во всяком случае, так считал Пипкин. 
- Боюсь, что не понимаю вас, - сказал наконец карлик. - Вы говорили что-то о контракте? 
- Ну да. Я хочу нанять кого-нибудь, чтобы прикончить кое-кого. 
Гел Бейрин, благообразный бизнесмен на миг превратился в коротышку Моро с мерзкой ухмылкой на мерзкой роже. 
- Это стоит дорого, Пипкин. У вас есть деньги? 
- Думаю мне это по средствам, - спокойно сказал Пипкин. - И потом, дело-то не сложное. В крайнем случае я возьмусь за него сам. 
- И кого надо прирезать для вас? - А-а-а, пустяки! - Пипкин пренебрежительно махнул рукой. - Одного поганого коротышку по кличке Моро. 
Гел "Моро" Бейрин на мгновенье замер. Потом отставил в сторону кружку и в упор посмотрел на Пипкина. 
- Надеюсь, вы понимаете, что это не смешно? 
- А я и не шутил. Вы известны, как хороший коммерческий агент, представляющий интересы большинства лучших наемных убийц Анваса. К тому же еще НИКОГДА не было случая, чтобы вы отказывались от выгодного контракта. Отказы ведь плохо сказываются на репутации, не так ли? К кому же мне идти, чтобы обстряпать это маленькое дельце, если не к вам? 
Моро в задумчивости почесал нос. 
- Мы с вами оба деловые люди, мистер Пипкин... 
- Разумеется, мистер Бейрин, - подтвердил Пипкин. - Бизнес - прежде всего! 
- Ваше желание как-то связано с вашим бизнесом? 
- Нет. 
- Так скажите мне, что вы лично против меня имеете? 
- Против вас лично? - уточнил Пипкин. - Ничего. 
Моро откинулся на спинку стула и вздохнул. 
- Тогда я не понимаю. 
- Я объясню, - пообещал маг, внимательно наблюдая за крепким светловолосым парнем, который зашел в таверну очевидно, чтобы выпить пару-другую галлонов эля. 
- Дело в том, Моро, что за последние два дня на меня было совершено уже два нападения. 
- Случайность, - пожал плечами карлик. 
- Чушь. Я живу в Анвасе достаточно долго, чтобы люди знали меня. И они знают, что с магом, а тем более с членом правящего дома лучше не связываться. Разумеется, если меня прирежут в пьяной драке в каком-ниубдь из баров, то мой троюродный дядюшка не станет вмешиваться, а постарается побыстрее замять это дело... Так вот на мой взгляд - пара подозрительно схожих пьяных драк вкупе с ограблениями за прошедшую пару дней - это многовато. Я хочу знать кто меня заказал. Но разумеется, вы мне не скажете. Вы ведь не можете нарушать профессиональную этику, правильно? Вот я и решил, что для начала мне стоит убить вас. Это немного притормозит ваших друзей из Гильдии Наемных Убийц, и даст мне время на то, чтобы найти заказчиков. 
- Надо заметить вы весьма вдохновенно и точно обрисовали ситуацию в которой оказались и свои мотивы, - удовлетворенно заметил Гел Бейрин. - Только проблема в том, что НИКТО не заключал со мной контракт на ваше убийство. 
Настал черед Пипкина глубоко вздохнуть. 
- Я боялся, что вы это скажете. Рад был с вами познакомится. 
- Постойте-ка! Я еще ни разу не отказывался от контракта, вы совершенно правы - это весьма негативно сказывается на репутации. Так что я хочу сделать так, чтобы вы отказались от своего намерения. Если есть возможность развеять ваши подозрения... 
- Видите того урода с гипертрофированными мускулами? 
- Гипро-чем? 
- Ну того, мускулистого типа. 
- Того, светловолосого? 
- Ага. Он был участником обоих нападений. Вы его знаете? 
- Нет. Но это не проблема. Мы тихо возьмем его и хорошенько расспросим. 
- Тихо? Это что еще значит, интересно? - спросил Пипкин. 
- То и значит, - ответил Моро и вдруг заорал. - Хватайте его!!! 
На Пипкина тут же навалились карлики-уборщики. Маг закричал. Чья-то грязная волосатая рука заткнула ему рот. Стул под Пипкиным со страшным треском развалился. 
- Не этого! - завопил Моро. - Вон того козла за стойкой! 
- Какого хрена происходит в моем заведении! - взревел мистер Большая Неприятность, узрев непорядок. 
Светловолосый человек за стойкой бросился к выходу. Один из карликов успел укусить его за лодыжку. 
- Де-е-ерьмо-о! - заорал взбешенный Пипкин, поднимаясь с пола. - Вы че это делаете, а? 
- Клянусь, это было ошибкой, мистер Пипкин, - заверил его Гел Бейрин. - Мы непременно отыщем того парня и обо всем его расспросим. 
- Видали, как я укусил его за ногу! - хвастался кто-то из карликов. 
- У вас дерьмовые подручные, Бейрин, - сказал Пипкин. - Удивляюсь, как с такими работниками вы сумели заработать себе такую репутацию. 
- А я удивляюсь тому как раздута ваша репутация, мистер Пипкин, - сладко улыбнулся бизнесмен. - Такой знаменитый маг и позволил себя одолеть нескольким грязным карликам. 
- А ну вон все отсюда! - рявкнул мистер Большая Неприятность. - И вы тоже, паскудники. Вы уволены. 
- Трахни себя в жопу, - посоветовал ему кто-то из карликов, покидая таверну. 
Пипкин вышел вслед за ними. По-прежнему шел снег. 
IX. 
Стив "Проныра" Вайзенберг злился. Чертов маг опять отправился куда-то ни свет ни заря, а вместе с ним ускользнуло и сенсационное интервью, которое должно было сохранить Стиву престижное рабочее место. "Ежедневное Агенство Сплетен" не прощает таких ошибок. Его босс Гел Бейрин наверняка будет в ярости. 
Притормозив возле Анвасского музея, Стив уселся на каменную ступеньку парадной лестницы и закурил сигарету. Надо успокоиться. Наглая рыжеволосая девчонка - соседка Пипкина по подъезду, заявила что маг ушел рано утром, чтобы "надрать задницы всем своим врагам". Куда же он мог отправиться? 
- Слышь, красавчик, дай закурить, - сиплым голосом попросила каменная горгулья, украшавшая парадную лестницу слева от Стива. 
Проныра вздрогнул от неожиданности. 
- Ты же каменная, на хрена тебе курево? 
- А че? Скучно ж ведь целый день тут сидеть и ниче не делать. 
- Ладно держи. А зачем тогда ты вообще тут сидишь? 
- Работа такая. Волшебство Огниуса Длиннобородого, мать его. Я должен ловить воров и грабителей, которые попытаются проникнуть в музей, а потом разрывать их на куски. Вообще-то ничего себе работка, но кому на фиг чего нужно из этой музейной рухляди? 
- Так ты мужик, что ли? А я то думал, все горгульи - женского пола. Зенки открой и посмотри что у меня между ног висит. Это к твоему сведению не морковка. Жалко только баб тут нету. Ух! Вот лет через сто-двести получу отпуск.... 
- Хорошо-хорошо... Слушай, а ты не видел тут одного мага, а? Тощий такой со светлыми грязными волосами до плеч. Черные одежды, черный плащ с красным подбоем. 
- Охренел, что ли? Ты глянь какой снегопад. Да тут за пять шагов свою жопу не разглядишь! 
- Жа-а-аль, - разочарованно протянул Стив. 
- Слышь, красавчик, а ты случайно не этого... того... Ты вообще-то симпотный мужик... 
- Отвали, морда каменная! - испугался Стив, вскакивая и сбегая со ступенек. 
Горгулья что-то говорила ему вслед, но он не расслышал. Снег валил большими мокрыми хлопьями и Стиву пришлось остановиться, чтобы стряхнуть средних размеров сугроб со своей широкополой шляпы. "Надо купить такую же, только с меховым подбоем", - подумал Стив. 
Где в Анвасе можно купить шляпу, укрыться от снега и пропустить стаканчик чего-нибудь согревающего? Разумеется, на Главной Площади. 
Стив добрался до Восточных ворот, повернул на юг, а потом на юго-запад и вскоре уже увидел большущую заснеженную полусферу, поднимавшуюся над крышами домов. Ему прошлось пройти еще целый квартал, прежде чем он достиг места где можно было пройти сквозь защитный купол. 
Переход, как всегда немного ошеломлял. Только что стоявший в пустынном переулке человек вдруг оказался посреди шумной толпы, в окружении лиц, цветов и запахов. 
Техник-маг, отвечающий за работу защитной сферы укрывающей площадь, очевидно был неопытен, а может и просто халтурил. Во всяком случае Стив увидел несколько "протечек" где внутрь сферы проникали снежные струйки. Поскольку снег, укрывший сферу снаружи не пропускал внутрь солнечные лучи, то под куполом висело несколько десятков бело-синих осветительных шаров. Чудное зрелище. 
Кто-то потянул Стива за рукав. Стив повернулся. Гадкий человечек с гнилыми зубами расплылся в слегка подобострастной улыбке. 
- Девочку не хотите? Совсем свеженькую. Есть девственницы. От десяти лет и старше. Можно и мальчика. 
- Нет, спасибо. 
- Погодите-ка. А в чем дело? Господин не любит девочек? И мальчиков? Что же любит господин? Для господина у нас есть все. 
Стив поморщился. У него не было жены и даже постоянной подруги, но у него была постоянная проститутка с Бульвара Поэзии, которая воображала, что он любит ее и когда-нибудь на ней женится. Бабская чушь, конечно. 
- Свеженькие девочки, чистенькие девочки, - бормотал гнилозубый мерзавец. - Аппетитненькие школьницы... 
Собравшийся было уходить Стив остановился. Тема проституции в Анвасе, конечно никого особенно не волновала, но, что если сделать очерк о работе малолетних шлюшек. Допустим в форме его собственных впечатлений, как одного из клиентов. Как он договаривается, едет в указанное место, выбирает товар... Подробное описание сексуальных игр и полового акта. Если добавить "клубнички" - очерк разойдется просто "на ура"! 
(Стив, конечно, об этом и не знал, но именно он стал тем человеком в королевстве Кренай, которому первому пришла в голову мысль о написании порнографических рассказов). 
- Подготовьте мне девочку на завтра, - сказал Стив. - Одиннадцать лет, девственницу... 
- Хорошо, господин. Будет сделано по высшему классу. Господин будет платить...? 
- Завтра, - повторил Стив и решительно зашагал прочь. 
Вернее, принялся проталкиваться к Шляпным Рядам. Поторговавшись десять минут с толстой продавщицей в красно-зеленом платке, Стив приобрел прекрасную широкополую шляпу, подбитую мехом, а также, совершенно неожиданно для себя стал обладателем длинной щетки с жесткой черной щетиной. Когда толпа оттеснила его от прилавка он с недоумением повертел щетку, но так и не смог понять какого собственно хрена он ее купил? 
Наверное потому, что она шла "почти задаром", как дополнение к шляпе. 
- Проныра! - рявкнул знакомый голос у него за спиной и Стив обернулся. Его босс, Гел Бейрен недовольно хмурился, с неодобрением взирая на широ- кополую шляпу и бесполезную щетку. 
- Какого хрена ты здесь делаешь? Я считал, что ты сейчас готовишь какой-то сенсационный репортаж, а ты вместо этого прогуливаешься по рынку? Между прочим, Брин, в отличие от тебя, без дела не сидит! Он уже подготовил интервью с Мороником! Слышишь? 
Стив прислушался. Далекий голос Кричальщика, который анонсировал газетные новости стоя на постаменте посреди площади, был едва слышен. 
- ... утверждает знаменитый варвар Мороник Безумный Зверь. Древняя магия забытого варварского племени помогла спасти крепость Дрос Дельпокс! Кровавый ритуал пожирания осла! Жестокая битва с соракафутовой речной змеей! Чудесное спасение от армии злобных горных троллей! Читайте полный репортаж о приключениях Мороника в нашем субботнем выпуске! Тем временем, знаменитый герой Патрик, владелец принесенного в жертву осла, продолжает обвинять... 
- Вот это работа! Объем продаж увеличился на двадцать процентов, между прочим. И заметь, - это все никакое не вранье, а чистая правда. Правда слегка обработанная, но тем не менее... 
- Мой репортаж тоже скоро будет готов, - выдавил Стив. - Сенсационный репортаж, босс, вы вот увидите! Брин, это ничтожество, он будет у меня в ногах валяться. 
- Чего бы это? 
- Понимаете, босс, у нас тут творится кое-что странное в городе. Недавно было несколько странных покушений на мага Пипкина. Вы знаете, он хотя и алкоголик, но важная персона и член королевского дома, так что при умении тут можно тонко намекнуть на целый заговор против графа Пека и... Что с вами, босс? 
Стив был очень удивлен тому, как внезапно посерело лицо мистера Бейрена. 
- Стив, - процедил сквозь зубы Гел Бейрен, всеми уважаемый бизнесмен и газетный магнат, беря журналиста за грудки. - Поверь мне, мой мальчик... Ты работаешь на меня уже пять с лишним лет, не так ли? Ты добрался до должности Главного Поставщика Сплетен и это показывает, что ты умеешь хорошо работать и что я ценю твои усилия и твои способности. Видит Богиня, через год-два я собирался сделать тебя полноправным партнером. Мой тебе совет, Стив, - брось ты это дело. Что тебе Брин? Да, сделал он парочку хороших репортажей, да я собираюсь назначить его на твое место, но это не главное, ведь Стив. Все когда-нибудь оступаются, настанет и черед Брина. Возьми-ка отпуск, Стив. Съезди куда-нибудь на юг, отдохни... И брось эту тему. Оставь этого мага в покое. Пусть все идет, как идет. Жизнь, она ведь на этом не кончится, верно Стив? 
X. 
Сильный удар швырнул Пипкина на землю. Если бы снег не смягчил падение, маг наверняка сломал бы себе пару ребер. Пипкин попытался откатился в сторону, но пинок в живот заставил его скорчиться и застонать. 
- Готов, сука, - сказал светловолосый хриплым голосом. 
Ему тоже было трудно дышать. Драка вышла еще той. 
- Р-от ему з-заткни, - посоветовал кто-то слегка заикающийся. 
- Ну-ка рот открой, слышь, рот открой, сука. 
Пипкина схватили за волосы, заставили открыть рот и запихнули туда что-то влажное, шерстяное и вонючее. Маг отчаяно замотал головой. Горло дергалось от спазм, он чувствовал, что его сейчас вырвет и знал, что тогда он захлебнется. 
- Ч-че это с ним? Д-дергается... М-может у него н-н-н... н-насморк? З-з-за... з-з-за... 
- Задохнется, да я понял, - сказал светловолосый и присел на корточки рядом с Пипкиным. - Я сейчас вытащу кляп, но если ты попытаешься хоть слово сказать, хоть пискнуть... Свяжи-ка его, Моченый... 
Пипкин рассмеялся бы, не будь ему так плохо. "Моченый", ну и имечко! Светловолосый приставил к горлу мага нож и осторожно вытащил кляп. Маг стал жадно хватать ртом воздух. Кажется полегчало... О, Богиня, ну и денек! Заика Моченый завел руки Пипкина за спину и стал обматывать запястья веревкой. 
- Ты пальцы, пальцы ему свяжи, - посоветовал светловолосый. 
- У-учи ученого, - огрызнулся заика. 
Связав магу руки, он принялся обматывать ему пальцы длинным куском ткани, так чтобы Пипкин не мог ими шевелить. 
Пипкин не сопротивлялся. Светловолосый между тем, пошарив в карманах, выудил оттуда яблоко и прорезав в нем дырку, запихал яблоко Пипкину в рот. 
- Ну совсем как свинья на блюде, - расхохотался остроумный бандит. Пипкин не двигался. С яблоком во рту он мог по крайней мере спокойно дышал, хотя не мог произнести ни слова. Светловолосый достал из внутреннего кармана куртки сверток и развернув его осторожно повертел в руках голубоватый кристалл примерно двадцати сантиметров в длину и с сантиметр толщиной. Взявшись за концы кристалла он без особых усилий переломил кристалл пополам. Раздалось легкое "дзынь" и обломки истаяли, оставив после себя легкие дымовые облачка. 
- С-скоро за ним п-п-п... подъедут? - спросил заика. 
Светловолосый пожал плечами. 
- Откуда я знаю? Будем ждать сколько нужно. 
Пипкин заворочался. 
- Ты че? - угрожающе посмотрел на него светловолосый. 
Маг замычал и принялся вращать глазами. Светловолосый подошел к нему, и помог сесть, прислонившись к стене. 
- Вот так. Сядь и не трепыхайся. Нам и так с тобой пришлось повозиться, правда Моченый?.. Мне в том дерьмовом кафе эльва два зуба выбила. И кто бы знал, что от такого маленького говнистого мага, столько неприятностей. 
- Он-ни такие, г-г-говнюки, - поддержал Моченый. 
- Но попался ты, сучонок, как дешевка, - продолжил светловолосый. - Знал же, что на тебя контракт. Знал ведь, а? Зна-а-ал, точно. Надо было тебе, дураку дома сидеть, да закляться свои плести, а ты куда поперся? На Главный Рынок, где у нас каждый третий на жаловании? Долболоб безмозглый. Ну так все отбегался мальчик. 
Если б не хреново яблоко Пипкин расплылся бы улыбке. А зачем, же ему идти на Главный Рынок, как они думали? Уж во всяком случае не сплетни о сожранном осле слушать... Пипкин устроился поудобнее и стал ждать. Ожидание обещало быть долгим. 
XI. 
Такого не может быть, потому что такого не может быть никогда. Сам Гел Бейрен был напуган. И напуган до усрачки, мать вашу! Стив истерически всхлипнул. 
Никогда еще босс не давал такого приказа. Никогда еще не запрещал Стиву делать репортаж. Будь это откровенные рассказы об отвратительных попойках графа Пека или сплетни об эротических похождениях бессмертной королевы Элизабет, - в ход шло все что угодно. Все что помогало увеличить тираж газеты и привлечь внимание дураков, разевающих рты перед Кричальщиками. 
Лучший репортаж его жизни так и не увидит свет. Стив скрипнул зубами. Потом он понял, что это скрипит пробка, которую он вот уже пару минут безуспешно старается вытащить из бутылки. Где он взял бутылку? Не важно. Это Главная Площадь Анваса. Здесь можно купить и продать все что угодно. 
Проныра подцепил пробку ногтями и потянул. Легкий хлопок. Вино заструилось по пищеводу подобно живительной реке. Приятное тепло растеклось по телу. Стив закурил сигарету и дал в морду толкнувшему его гному. Утирая расквашенный нос гном засеменил прочь. Проныра расхохотался, но смех потонул в гомоне толпы, и никто не обратил на него внимания. 
Стив глубоко затянулся, глотнул из бутылки и выпустил дым. Он чувствовал себя почти пришедшим в норму, а поэтому зашагал вперед. 
Куда? Не все ли равно? Куда-то вперед между рядов где продавались яркие желтые пузырьки с экзотическими ядами и пакетики с порошками из галюциногенных грибов. Здесь торговали черными кожаными одеждами, сделанными на западе и шелком с востока; странными говорящими птицами и дрессированными белыми мышами; толстыми фолиантами в драгоценных переплетах и тоненькими брошюрками для начинающих магов; эротическими статуэтками и фальшивыми перьями птицы Рух; сушеными ягодами Дерева Жизни и печеньем с орешками... 
Стив шагал между рядов, вглядываясь в лица людей, гномов, карликов и фейри - радостные и разгневанные, оживленные и застывшие, красивые и уродливые... Голова его кружилась. Ему вдруг стало дурно. Он увидел небольшой проход между рядами, за которым защитный купол кончался и был виден какой-то проулок... Отмахнувшись от торговки свежей рыбой, Проныра побежал прочь. 
XII. 
- Идет, - сказал светловолосый прислушиваясь. 
- Б-бежит, - поправил его Моченый. 
Пипкин со свистом втянул воздух. Получилось. Он дождался и теперь встретится наконец с тем, кто так сильно желает его смерти. Очень хорошо. Пусть он никогда не имел больших способностей к ментальной магии, но почти два часа тщательной подготовки не прошли даром. От него и требовалось-то всего-ничего... 
Маг сосредоточился. Глухой бесплотный голос произнес некое слово. Веревки, связывающие мага, вспыхнули и сгорели в один миг. В проулок, задыхаясь, вбежал длинный человек в широкополой шляпе. Безумные глаза его расширились, когда он увидел, как светловолосый прыгает ему навстречу замахиваясь ножом. Они столкнулись и упали, покатившись по земле. Нож светловолосого поднялся и опустился. Раздался крик. 
Пипкин с хрустом раскусил яблоко и едва не подавился. Моченый навалился на него откуда-то справа. Маг откинулся назад и едва сумел выхватить из правого голенища ритуальный нож, прежде чем грузное тело придавило его к земле. Ударился затылком о какой-то камень. В глазах потемнело. Моченый попытался обездвижить его, схватив левую руку и зажимая рот. Пипкин ударил убийцу ножом в левый бок. Моченый вздрогнул и захрипел. Пипкин повернул нож. Убийца обмяк. 
Маг с трудом спихнул с себя тело и встал на колени. Он видел как к нему бежит светловолосый и рот его разинут в истошном крике. Пипкин произнес нужное слово и сделал жест рукой. 
Светловолосый упал лицом в снег и больше не шевелился. 
Маг скинул еще тлеющий плащ, привалился спиной к стене и постарался отдышаться. 
Потом он встал и осторожно перевернул светловолосого. Тот был мертв. Осколок разбившейся бутылки вонзился ему в глаз. Моченый тоже был мертв, так же как и тот, длинный в широкополой шляпе. 
Пипкин долго смотрел на него, но так и не узнал. Потом маг обыскал трупы, снова сел и стал ждать. Он ждал до темноты, но никто так и не пришел. 
XIII. 
Многолапое чудовище с клыками, похожими на слоновьи бивни, злобно зарычало. Отвратительная, рыжая с проплешинами шерсть встала дыбом, а чешуя, которой был покрыт длинный хвост, противно скрипела... 
Пипкин закричал и проснулся. Скомканное шерстяное одеяло валялось на полу. Одежда пропиталась потом. Сесть удалось с трудом. Голова раскалывалась. Пипкин задумался. На похмелье не похоже. Воспоминания о пережитом вчера нахлынули внезапно. Маг со стоном согнулся. Его вырвало на пол, прямо возле кровати и рвало до тех пор пока вместе с блевотиной не стала выходить желчь. 
Пипкин обессилено откинулся на диван. Его била дрожь. Он просидел так около часа - не шевелясь, стараясь прийти в себя. Мерзкий привкус на языке заставил его встать, налить воды, хорошенько прополоскать рот и почистить зубы. Он умылся, сбрил трехдневную щетину, причесал волосы, переоделся и придирчиво изучил свое отражение в зеркале. Черная трещина расколола его лицо пополам. Обе половины лица были одинаковы бледны, отмечены синяками и кровоподтеками. Мешки под глазами не делали его привлекательней. 
Маг подумал о том, что ведет неправильный образ жизни. Можно ведь сменить обстановку, уехать из этого города в Шэмрок к примеру. В Университете ему наверняка смогут подыскать какую-нибудь работенку, да и штаб-квартира Палаты Магов расположена в Шэмроке. Мысль о переезде показалась ему привлекательной. На некоторое время он даже остановился и неподвижно стоял, обдумывая ее, но потом покачал головой. 
Надо бы вызвать уборщицу. 
- Что это у тебя с лицом? - спросила стоявшая у подъезда Джейн. - Дрался? 
Пипкин оглянулся. 
- Только тебе и по секрету, - шепнул он. - Учился кататься на лыжах. 
Двухголовый Хью-Говард, профессиональный нищий, стукач и немножечко вор проводил мага удивленным взглядом. 
- Похоже наш выпивоха-колдун сегодня не в настроении, верно Говард? просипел Хью. 
Говард не ответил, потому что как раз в этот момент смотрел очередной эротический сон про королеву Элизабет. Она предстала перед ним в облике золотистого сияния и принялась медленно раздеваться, пока не обнажилась до оттенка червоного золота. Говард захрипел и кончил во сне. Хью выругался и отправился менять штаны. 
Обычно путь от дома Пипкина до таверны "Развращенный Пони" занимал у мага около получаса. Сегодня он покрыл это расстояние за пятнадцать минут и успел как раз к приходу Гела Бейрена, который вприпрыжку спешил за традиционной утренней кружкой кислой яблочной настойки. 
- Мистер Бейрен, - прорычал Пипкин, хватая мерзавца за шиворот. Мистер Бейрен, тут же превратившийся в карлика Моро, попытался пырнуть мага ножом. Лезвие прочертило кровавую полосу. Пипкин оттолкнул Моро и прокричал заклятие. Карлика охватил огонь. Моро завопил. 
Мистер Большая Неприятность схватил свою шестифутовую дубинку и приготовился врезать магу как следует, если тот вздумает поджечь еще что-нибудь. Фактически, тролль приготовился врезать магу в любом случае, потому что горящие посетители не слишком хорошо согласуются со словом "порядок", но какой-то кретин попытался потушить огонь, выплеснув на карлика содержимое своего стакана. Языки пламени взметнулись вверх с новой силой и тролль решил, что будет разумнее сначала потушить разгоревшийся пожар, а уж потом разбираться с виновником произошедшего. 
Что касается мага, то в возникшей суматохе он без труда скрылся. 
В тот день пожарная команда Анваса сбилась с ног. Семь пожаров в центре города в течении двух с лишним часов. Труповозки совершили два сверхурочных рейса, чтобы вывезти обгоревшие тела. Профсоюз похоронной команды потребовал выплаты премий работникам угрожая забастовкой. Крематорий работал на полную мощность. Травматологическое отделение лечебницы было переполнено. Черноволосая студентка-практикантка по имени Линда сделала первую в королевстве операцию по пересадке носа и ушей. (Что еще важнее это была первая операция в ее жизни). Пациент - мистер Гел Бейрен остался доволен, хотя пришитые ему уши принадлежали когда-то эльфу. 
Казалось, что маг сошел с ума. Большинство населения Анваса сошлось во мнении, что в общем-то хоть молодого мага и жаль, но при столь безобразном образе жизни рано или поздно чего-то подобного следовало ожидать. Ну вот и дождались. 
XIV. 
- Этель?... 
- Это ж надо фу-ты ну-ты! Неужто к старой толстой тетушке Этель пожаловал самый знаменитый в городе пироманьяк? - восхитилась Этель. - Ты Пипкин, что и вправду сошел с ума, как люди говорят, иль только притворяешься тронутым? Во всяком случае я надеюсь, ты не собираешься сжигать мой магазин? 
Тетушка Этель, владелица самого известного По-Эту-Сторону-Гор магазина "Маринованные яйца Этель" смахивала на гору разноцветного тряпья, напиханного в плетеное кресло-качалку. Только жировые складки, да длинная курительная трубка выдавали в ней человека. 
- И не думаю, - устало сказал Пипкин. - Мне нужны только целебные мази и настойки... Думаю у тебя есть что-нибудь из этой области. 
- Тетушка Этель сделает для своего постоянного клиента все что угодно. Судя по всему тебе, милый мой, вряд ли нужно "Чудодейственное средство Оллгпуза для повышения потенции" и "Пищеварительная настойка Ралла"? Я бы порекомендовала тебе кое-что от ожогов, болеутоляющие пилюли - принимай не больше двух за раз, слышишь? - и, пожалуй еще вот это все... 
Тетушка Этель многозначительно ткнула трубкой в сторону полок, заставленных бесчисленной армией склянок, пузырьков и колбочек. 
- Хорошо, - покорно сказал Пипкин. 
Он подошел к ближайшей полке, взял первый попавшийся пузырек и залпом выпил содержимое. 
- Уффф... Какая гадость! 
Потом маг схватил стоящую рядом колбочку с янтарной жидкостью и осушил ее тоже. Затем он принялся пить все без разбора. Куча пустой посуды росла на глазах, пока не превратилась в средних размеров гору. 
В этот самый момент в магазинчик и ворвалась доблесная анвасская стража. 
- Никому не двигаться! Всем стоять! Оружие на землю, руки держать так чтобы я их видел! Рот на замке! Пикнешь хоть слово - кишки выпущу! - кричал молодой ретивый капрал, размахивая новехоньким коротким мечом. 
Более умудренные жизнью, более пожилые и толстые стражи, которые не слишком-то рвались в бой, потому как мечтали спокойно дожить до заслуженной пенсии, неуверенно толпились у входа. 
- Так-так-так, кто тут у нас? Ишь какой молоденький! - закудахтала тетушка Этель выпуская клубы отвратительного едкого дыма. - А уже капрал. С такими данными вы далеко пойдете, юноша, особенно если купите у меня чудную сапожную ваксу. Блестящие сапоги - это немаловажная деталь внешнего вида, а внешний вид на службе - это все! Могу также предложить вам новые ножны для вашего меча и расческу для усов. Пока она вам, конечно, не нужна, но через пару-тройку лет, глядишь и... 
- Молча-ать! 
- Это кто? - спросил Пипкин, только сейчас заметивший капрала. 
- Ты - арестован! Сдавайся. 
- Иди в жопу, - ответил маг, осушая разом колбочки с желтой и синей жидкостями. - Ик... Что это было? Я как-то странно себя чувствую... 
- Желтая - это козлиная моча, - охотно пояснила тетушка Этель. - Она хорошо помогает при ревматизме, только ее надо не пить, а втирать. А синяя это снотворное. Вот только не знаю, как оно тут оказалось... 
Пипкин зевнул и упал. Груда стекляшек дрогнула и рухнула на размахивающего мечом капрала. 
- Столько посуды перебили. Ах, молодежь-молодежь... Все бы вам резвиться да хулиганить... Я запишу это на ваш счет, капрал, - сказала тетушка Этель. Пипкину сегодня и так досталось... Эй, вы! Чего вы топчетесь там у дверей? Заходите сюда и покупайте чудесное средство для повышения потенции! Все красавицы Анваса будут ваши... Ну что притихли?... Есть тут хоть один настоящий мужик, а? 
XV. 
Нервно побарабанив длинными пальцами по столу Гвноллопуп Разз'ви'нг, капитан стражи города Анваса, отвернулся от Пипкина и уставился в окно. Гвноллопуп Разз'ви'нг был родом из Подхолмных поселений, а проще говоря - он был типичный подхолмник. У него были большие глаза-блюдца и длинные пальцы, которые гнулись во всех направлениях и были похожи на дождевых червей. С такой внешностью трудно занять ответственный пост в мире, где главные роли достаются людям, карликам и гномам. Даже смазливые фейри и красавцы-эльфы больше вхожи в коридоры власти. 
С невероятными усилиями пробившийся на непыльную работенку Гвноллопуп отчаянно старался удержаться на своем месте. И если для этого требовалось закрывать глаза на определенные события и лизать задницы определенным людям, то он был готов это делать - в разумных пределах, разумеется, но покамест никто от него ничего особенного не требовал, так что просто не жизнь была бы, а свиная отбивная, если бы не язва желудка и не жена. Да Темный Бог с ней с язвой! Вот жена - та представляла собой настоящую проблему. 
А тут еще это. Капитан стражи тоскливо вздохнул. За окном он не увидел ничего утешительного. И никаких подсказок по поводу решения стоящей перед ним проблемы. Гвноллопуп вновь уселся в свое мягкое крутящееся кресло (новинка от компании "Ним и Ном") и посмотрел на Пипкина. 
Маг, которого задержали вчера в магазинчике старухи Этель проспал всю ночь, внезапно пробудился в шесть часов и потребовал еды, адвоката и цветок алоэ. Еду разумеется, достали, в роли общественного адвоката выступил хромоногий нищий Хью-Говард, которому пришлось заплатить шесть монет за то, чтобы он подписал нужные бумаги, а вот алоэ найти не смогли. Таким образом права заключенного были нарушены, а за это начальство могло и взгреть. Тем более что заключенный - не какой-то там оборванец, а родственник (правда, дальний, но все же) - графа Пека. Уважаемый маг. Без пяти минут почетный гражданин города. Н-да... 
Задумчиво подперев всеми десятью растопыренными пальцами левой руки подбородок Гвноллопуп с надеждой поглядел на дверь. Хорошо бы, чтобы сейчас в дверь вошел чумазый и запыхавшийся курьер и привез бы срочную депешу из Дрос Дельпокс от графа Пека с требованием немедленно и под строжайшем конвоем доставить провинившегося мага Пипкина ко двору... Но курьер не вошел. 
- Сэр... Мистер Пипкин, - вновь тяжело вздохнув начал неприятный разговор капитан. - Можете вы мне объяснить, что на вас нашло? 
Пипкин задумчиво почесал рассеченную левую бровь. Где это его так угораздило? Точно он не помнил, но было больно. 
- Во-первых я отказываюсь говорить без цветка алоэ. Вы должны обеспечить выполнение трех моих требований, прежде чем приступать к допросу. 
- Трех разумных требований. 
- Что неразумного в цветке алоэ? 
- По правде говоря ничего, но поймите, что сейчас - не сезон для подобных вещей. Да и скажите, положа руку на сердце, ну зачем он вам сдался-то? 
- Нужен, - упрямо стоял на своем Пипкин. Он сам не знал, какой ему прок от цветка алоэ. Просто это была самая абсурдная и бесполезная вещь которую он мог только потребовать, чтобы потом был повод упрекнуть пучеглазого капитана в самоуправстве. 
- Но зачем?! 
- Это связано с моими религиозными убеждениями, - немного помолчав сказал Пипкин. 
- С чем?!!! 
- С религиозными убеждениями, капитан. У каждого человека есть свои убеждения. Даже у вас они есть, хотя вы и не человек, а подхолмник. Вы ведь не будете это отрицать? 
Капитан Гвноллопуп Разз'ви'нг в религиозные убеждения которого входили ритуалы поклонения громадным дождевым червям только потряс своей тыквообразной головой. 
- Ваше третье требование будет удовлетворено, как только у нашего управления появится такая возможность, - наконец решил он. - Мы немедленно пошлем запрос в Дрос Дельпокс и цветок алоэ доставят вам со специальным курьером. Разумеется, на это может уйти время. Если вы предпочитаете провести его в камере... 
- Вряд ли это необходимо, - неохотно признал Пипкин. - Но я хочу получить свой цветок, чем бы не закончилось дело. 
- Ну, дело в общем-то уже окончено. Ваш общественный защитник и адвокат подписал все бумаги и от вашего имени признал, что все предъявленные вам обвинения вы признаете справедливыми. 
- Что?! - завопил было Пипкин, но тут же схватился руками за голову и застонал от боли... 
- Вам плохо? - заволновался Гвноллопуп. 
- Последствия мозготрясения. Внезапный приступ. Дайте-ка мне просмотреть эти бумаги, - сказал Пипкин, тяжело дыша. - Так... Что тут у нас? Признаю все выдвинутые против меня обвинения справедливыми... От лица обвиняемого личный поверенный и общественный адвокат Хью-Говард... Число и подпись. Вы за это ответите капитан! А этому двухголовому мутанту я обе башки отверну, как только выйду! 
- Вы усложняете свое положение! 
- А мне плевать! 
- Послушайте, Пипкин. Успокойтесь. Мне кажется я нашел решение, которое устроит нас всех, - умиротворяюще сказал Гвноллопуп. 
- И какое же это? - подозрительно спросил Пипкин. 
- Меня надоумил ваш приступ. Вы ведь недавно перенесли сильное мозготрясение, верно? 
- Ну не такое уж и сильное... 
- Сильное мозготрясение, - с нажимом продолжил Гвноллопуп. - Очень сильное и весьма опасное для жизни. Готов поспорить, что у вас после этого бывают жуткие приступы, во время которых вы совершенно ничего не соображаете. 
Взгляд мага сделался задумчивым. Капитан повеселел. 
- Скорее всего вчера вас случился один из таких ужасных приступов. Это очень большая трагедия для нашего города, что один из его самых выдающихся жителей так сильно пострадал. Население отнеслось к вам с сочувствием и пониманием. А что касается материального ущерба и некоторого количества жертв... Мозготрясение, как мне кажется, можно подвести под статью о непреодалимых стихийных бедствиях, что гарантированно избавит вас от необходимости оплачивать счета. Никто ведь не может предсказать, куда ударит молния, или что натворит человек после сильного стресса, вызванного мозготрясением. А все пострадавшие были людьми отнюдь не безупречной репутации, так что... Вот только жуликам из страховах компаний придется раскошелиться, но я не думаю, что это нас с вами сильно опечалит... 
Кривая ухмылка Пипкина заставила капитана вздрогнуть. 
- Простите, капитан. Мне не следовало относиться к вам с предубеждением и теперь я думаю, что несмотря на то, что вы подхолмник (уж извините за прямоту) - вы далеко пойдете. Какие бумаги я должен подписать? 
XVI. 
Укрывший опавшую листву снег слегка поскрипывал под ногами. Пипкин остановился и носком сапога ковырнул наст. Листья под снегом еще не успели покоричниветь и начать гнить. 
Маг зашагал дальше, пару раз остановишись, чтобы полюбоваться на усыпанные красной листвой клены. Он постоял у фонтана и некоторое время смотрел на мраморные фигуры писающего мальчика и русалки. Потом поглядел на солнце. Почти полдень. 
После освобождения из-под стражи Пипкин успел посетить баню, лечебницу и парикмахерскую. Он чувствовал себя почти что настоящим человеком. 
Четыре скрипучих ступеньки и знакомый столик с вырезанным когда-то именем. Внутри кафе, конечно, теплее и уютнее, но день выдался не такой уж прохладный, и маг хотел посидеть на свежем воздухе. 
- Ты разве не знаешь, что зимой я не обслуживаю эти столики? 
- Знаю, сэр. Просто... Мне кажется, что так правильней будет поговорить здесь. 
Пипкин поднял голову, посмотрел на старого эльфа и виновато пожал плечами. 
- Правильней?.. Гмм... Может ты и прав, - вздохнул Тинерлин. - А может и нет. Мне кажется, вы, люди, никогда не перестанете принимать желаемое за действительное. В этом ваша слабость. И в этом ваша сила. Вы - всего лишь беспомощные мечтатели и романтики. 
- А разве эльфы не такие? 
- Мы умеем ценить красоту. Звезды и луну, ветер и море, песни и веселье... Но мы не умеем безоглядно любить. 
- Любить несмотря ни на что? Это что - слабость? 
- Романтик, - хмыкнул эльф. - Держи. Для тебя я сделал исключение. Вот твой кофе. И мятный чай для нее. 
- Спасибо. 
Тинерлин ушел. 
Пипкин отхлебнул кофе. 
- Разве можно угадать куда ударит молния? - пробормотал он. 
Вновь заскрипели ступеньки. 
- Вы разрешите?.. 
- По-правде говоря я хотел бы побыть один. 
Скрипнул стул. Мэгги легко улыбнулась и взяла чашку с чаем. Ее светлые волосы слегка вились на концах, а глаза были похожи на сапфиры. 
- Тебе не идет быть букой, - заметила Мэгги. 
- Я боялся, что ты придешь. И... боялся, что ты не придешь. 
- Второе мне знакомо, но первое - это что-то новенькое. Я согласна, вид у тебя потрепанный, но не настолько же, чтобы ты боялся прийти встретиться с девушкой, в которую ты когда-то был влюблен. 
- Дело не в когда-то. Дело в том, что до сих пор... 
- Да ну?! Знаешь, по-правде говоря, это самое близкое к признанию в любви из всего, что мне удалось из тебя выжать. Ты весь такой замкнутый, как будто, сказав пару приятных слов девушке, ты растратишь свой десятилетний словарный запас. 
Маг отхлебнул еще кофе и посмотрел Мэгги в глаза. 
- Ты за этим сюда приехала? 
- Можно поконкретнее? 
- История, социология, психология... Сначала я не понял, что ты имеешь в виду. Потом догадался. Конкретное воздействие на... как это?.. определенного человека. Специальная программа для работников Высшего Посвящения. У тебя ведь Высшее Посвящение, Мэгги? Ты член Внутреннего Круга? 
- Я его председатель, - улыбнулась женщина. 
- А кто я? Подопытный гном? Или лабораторный гомунуклус? 
- Зачем же столько самоуничижения? Ты - ключевой элемент нашего опыта. 
- Почему же вы хотели меня убить? 
- Никто не хотел тебя убивать. Разумеется, мы были готовы и к такому повороту событий, если бы случилось нечто непредвиденное, например, наши работники перестарались бы, или ты оказался бы не столь хорош, как мы рассчитывали... Видишь ли, Пипкин, ты правильно все запомнил, но сделал совершенно неправильные выводы. История - это наука. Как и у любой науки у нее есть свои законы. Представь себе, что применяя эти законы, мы совершенно неожиданно наткнулись на поразительный факт. Ты, Пипкин, являешься одной из ключевых фигур в истории королевства Кренай. Так уж оно получилось - тут сыграли свою роль и твое происхождение, и твои родственные связи, твои умения и знания, твое поведение... Последнее кстати, наградило тебя двойственной репутацией, но нас не удовлетворяло. Нам казалось, что стоит чуть-чуть подтолкнуть тебя в нужном направлении, и ты станешь первым камушком, который сдвинет с места лавину великих событий. 
- Несколько напыщенно и банально, - заметил Пипкин. - Что должно было произойти? Революция? Меня должны были посадить на трон? 
- Ты никогда не подходил для трона. Но ты на самом деле мог подтолкнуть людей к открытому неповиновению, - согласилась Мэгги. - Правда это не принесло бы им ощутимых плодов, потому что прибывшие из Западных Королевств легионы беспощадно подавили бы мятежи, но это позволило бы очистить королевство. Воры, мошенники, убйицы, нищие, бездельники, пройдохи, страховые агенты, вымогатели, костоломы, сводники, беспринципные герои и вечно пьяные гномы... Уничтожение всей этой никому ненужной швали и установление жесткого порядка в стране позволило бы королевству выйти на качественно новый уровень. Всеобщая сплоченность перед лицом вновь набирающих силы вентритардианских племен. Развитие науки, искусства, экономики... Нас ждал золотой век! 
- Я рад, что все это похерил, - сказал Пипкин. 
- Да. Похерил. Твои действия оказались не такими, как было запланировано. Хотя нам удалось все же кое-чего добиться... 
- Чего же, интересно? 
- Я вполне могу обойтись без твоих наводящих вопросов. Просто остановилась перевести дыханрие и глотнуть чаю, - слегка раздраженно сказала Мэгги. - Так вот. На чем я остановилась? 
- На том, чего же вы все-таки достигли. 
- А-а-а... Это. Вчера ты практически полностью уничтожил верхушку Гильдии Убийц. 
- Я считал, что они хотят меня убить. 
- Это было, подстроено разумеется. 
- Ну, разумеется. 
- Согласно нашим прогнозам, Гильдия не сможет справиться со столь резкими потерями в руководящем эшелоне и распадется сначала на ряд мелких конкурирующих организаций, а затем и вовсе на наемников-одиночек. Это, к примеру, позволит королевству сформировать элитный полк, который должен сыграть решающую роль в будующей войне с вентритардианцами. Это изменит расстановку сил на внутриполитической сцене. Это скажется на уровне преступности и позволит Страже действовать более эффективно, чем когда-либо ранее... 
- Ты использовала меня, - перебил ее Пипкин. 
- Ради высших целей. Разве оно того не стоило? 
- Я не знаю. Я не историк, не социолог и не психолог. Я просто знаю, что ты поступила неправильно. С людьми нельзя обращаться как с вещами. Никогда. 
- Ты никогда не выйдешь из детского возраста. 
- Ты превратилась в чудовище. 
- Я верю в то, что делаю. А ты - не веришь ни во что. Так кто из нас чудовище? 
Пипкин вспомнил о Джейн и покачал головой. 
- Есть вещи в которые я верю. Но ты вряд ли поймешь, о чем я. И вряд ли я смогу понять тебя. 
- Наверное, я не смогу. И ты не сможешь. Мне даже немного жаль тебя из-за этого. 
- Мне жаль тебя, Мэг. 
- Как это занимательно. Пара непонимающих, но жалеющих друг друга людей. 
Маг отхлебнул кофе. 
- Возможно, мне все же удалось бы убедить тебя сотрудничать с нами? Поездка в Шэмрок пойдет тебе на пользу. 
- Никогда больше не пытайтесь использовать меня. Теперь я знаю про то, чем занимается ваш Внутренний Круг, и если вы сделаете еще одну попытку, то я приеду в Шэмрок и... устрою что-нибудь очень неприятное для всех. 
- Да неужели? И что же, например? 
- Подумай сама. 
- А ты скажи мне. 
- Ты ведь изучала меня. Вот и найди ответ. 
- Ты ничего не сделаешь. Потому что ты ни на что не способен. Ты никогда ни на что не был способен, Пипкин. Все это - просто стечение обстоятельств, которое сделало тебя столь значимой фигурой. И все, во что ты веришь - всего лишь бред вечно пьяного мага. 
- Вряд ли. Посмотрим, что будет дальше. 
- Мне не надо смотреть. И я буду делать то, что сочту нужным. Прощай. 
- Прощай, Мэгги. 
Скрип-скрип, скрип-скрип... 
Пипкин не поднимал глаз, пока звук шагов не затих вдали. Только потом маг поднялся со стула и посмотрел вслед уходящей женщине. 
Поежившись от холода Пипкин вдруг подумал, что в кафе должно быть тепло и уютно. 
- Любить несмотря ни на что... Это не недостаток и это не слабость, сэр. Это одна из тех вещей, которые делают нас людьми. 
- С возвращением, романтик, - улыбнулся ему эльф. 
XVII. 
Покряхтев и поохав, старый синий гном Олаф Шелкоперст принялся за работу. Правая нога, потом левая... Расстегнуть рубашку... Снять ее... Тщательно обшарить все карманы в поисках чего-нибудь ценного, что упустили мусорщики. 
Дверь открылась, впустив в комнату порыв холодного осеннего ветра. Шелкоперст равнодушно наблюдал, как его племянник Олли затаскивает в комнату трупы. 
- Сколько же их там еще? 
- Эти трое последние, - переводя дыхание сообщил Олли. - Поножовщина недалеко от Главной Площади. Похоже пара грабителей напала на прохожего... Порешили мужики друг друга. 
Олаф снял с одного из трупов широкополую шляпу, подбитую мехом. 
- Ишь ты, совсем новая! Как я выгляжу? 
- Великовата она вам, дядюшка. 
- Так возьми ее себе. Авось впору будет. 
- А что с трупами-то делать? Надо, наверное, стражникам сообщить. 
- Что сообщать-то? - проворчал Шелкоперст. - В печь их - и все дела. У нас тут крематорий, а не морг. Грабители... Прохожие... Гореть все вместе будут... А шляпа тебе идет.